БЕТА-ВЕРСИЯ ПОРТАЛА
Избранное

Как «Сила Сибири» питает ТОР

Одна из целей создания территорий опережающего развития (ТОР) и Свободного порта Владивосток (СПВ) — помочь дальневосточным регионам разнообразить экономику и развить отрасли, не связанные с добывающим сектором. Похоже, последнее им действительно удается, однако основные инвестиции резидентов все равно идут в сырьевые отрасли.

По данным КРДВ на август 2021 года, в ДФО действуют СПВ и 22 ТОР, а суммарное количество их резидентов — более 2600 (см. таблицу). Единственный регион, на территории которого еще не действуют такие режимы, — Магаданская область.


Резиденты ТОР и СПВ и их отраслевая специализация


Сейчас среди профилей ТОР и СПВ судостроение и судоремонт, сельское хозяйство, пищевая промышленность, переработка водных биоресурсов, деревообработка, туризм, логистика, добыча и переработка полезных ископаемых. При этом последние два вида деятельности есть в специализации лишь семи ТОР.

Структура фактических инвестиций резидентов этих территорий уже не столь многообразна. Так, по нашим расчетам, из около 1,5 трлн руб., вложенных инвесторами ТОР в свои проекты, свыше 70% приходится на строительство Амурского ГПЗ, Амурского газохимического комплекса и завода по производству метанола в ТОР «Свободный». Все эти проекты завязаны на поставку газа по магистральному трубопроводу «Сила Сибири». В сумме же на инвестиции в инициативы, связанные с добычей и переработкой полезных ископаемых, приходится 80% суммарных вложений резидентов ТОР.

Масштаб проектов в рамках ТОР «Свободный» особенно ярко виден в структуре инвестиций в основной капитал Амурской области. По нашим расчетам, только в 2020 году резиденты ТОР вложили почти 80% от суммарных инфраструктурных инвестиций региона.

За шесть лет существования СПВ его резиденты вложили в свои проекты около 0,2 трлн руб. — менее 20% от объема запланированных инвестиций. Их структура более разнообразна, чем у резидентов ТОР: в СПВ много инвесторов, а среди видов специализации этой территории преобладают несырьевые направления. Однако точно определить структуру вложений резидентов СПВ довольно сложно.

На наш взгляд, последствия такого крена в сторону газопереработки для дальневосточных регионов неоднозначны. С одной стороны, любой проект приносит пользу для экономики ДФО: создает рабочие места, стимулирует развитие сопутствующей инфраструктуры (автодорожной, железнодорожной, энергетической) и дает другие положительные эффекты. Масштабные инициативы в сфере переработки также способствуют развитию технологий в этой отрасли и сокращению экспорта сырья — продукта с низкой добавленной стоимостью.


Объем недополученных налоговых доходов субъектов ДФО от деятельности резидентов ТОР и СПВ

Приведены данные по суммам налога на имущество и налога на прибыль организаций в связи с применением налоговых льгот и пониженных налоговых ставок для организаций — резидентов ТОР и СПВ в 2018–2020 годах.

Title
Источник: данные Минфина, расчеты InfraOne Research

Вклад ТОР и СПВ в экономику дальневосточных регионов

Магаданская область не представлена на графике, так как на ее территории не действуют режимы ТОР и СПВ.

Title
Источник: данные Росстата, Федеральной налоговой службы, КРДВ, анализ InfraOne Research


С другой стороны, реализация подобных мегапроектов в рамках ТОР влечет значительные выпадающие доходы региональных бюджетов: не исключено, что часть из этих инициатив могла быть запущена и вне специального налогового режима. По нашим расчетам, только в 2018–2020 годах субъекты ДФО недосчитались более 8 млрд руб. доходов от резидентов ТОР и еще около 4,4 млрд руб. — от резидентов СПВ (см. рисунок), и уже сейчас видно, насколько малы поступления от них в региональных бюджетных доходах в сравнении с их инвестициями (см. рисунок). В будущем выпадающие доходы станут еще больше (для сравнения, Сахалинская область только за 2020 год получила свыше 70 млрд руб. от своих шельфовых проектов, см. «На „игле“ федеральной помощи»).

По нашему мнению, доля проектов, связанных с добычей и переработкой сырья и получающих льготы в рамках ТОР, могла бы быть не столь принципиально важной для Дальнего Востока, если бы речь шла о бóльших инвестициях в остальные направления: пока же оставшихся 0,3 трлн руб., которые резиденты ТОР инвестировали в «несырьевые» отрасли, на наш взгляд, мало для ощутимой поддержки экономики округа и ее диверсификации.

Впрочем, мы допускаем, что судить об эффективности специальных режимов пока рано. Первые из них начали создавать лишь шесть лет назад, и эффект от них будет виден не ранее 2025–2030 годов (так, по методике правительства, оценку эффективности каждой ТОР будут проводить с 13‑го года ее существования). Тем более что ко второй половине 2021 года резиденты ТОР успели вложить лишь 35% от суммарного объема планируемых инвестиций: многие инициативы — в разных отраслях экономики — только готовят к запуску.


Показатели работы дальневосточных ТОР и СПВ

Представлена оценка на конец августа 2021 года.

Title
Источник: данные КРДВ, инвестиционных порталов регионов, СМИ, анализ и расчеты InfraOne Research


Первые результаты работы дальневосточных ТОР и СПВ

По данным Минвостокразвития на конец мая 2021 года, с момента введения режимов ТОР и СПВ в экономику Дальнего Востока удалось привлечь 1,8 трлн руб. инвестиций и создать 66 тыс. рабочих мест. Большая часть вложений — частные: 31 рубль на 1 рубль бюджетных денег. С годами доля внебюджетных инвестиций только растет (для сравнения, еще в 2017 году указанное соотношение было 10:1).

Всего, по данным КРДВ, на середину августа 2021 года заявленные инвестиции резидентов ТОР и СПВ составили 5,4 трлн руб., а количество запланированных к созданию рабочих мест — 180 тыс. штук.

В 2020 году динамика роста ТОР и СПВ снизилась. Пандемия коронавируса сократила количество новых инвесторов в ТОР почти на 30% — с 95 в 2019 году до 67 в 2020‑м. Аналогичная ситуация наблюдается в СПВ. Кроме того, по данным Минвостокразвития, накопленные инвестиции резидентов пока ниже планового уровня.

Для действующих резидентов «коронакризис» создал проблемы с поставками оборудования из‑за рубежа, сбытом произведенной продукции и привлечением иностранной рабочей силы. По состоянию на июнь 2021 года из 116 объектов, на которых ведутся работы, на 53 зафиксировано отставание от графика. Инвесторы стали отмечать недостаток необходимой для их деятельности инфраструктуры, прежде всего транспортной и социальной.

Вероятно, снижение показателей ТОР и СПВ отчасти также связано с системными проблемами этих режимов. Среди них, например, перекос полномочий по управлению такими территориями в сторону федерации: в результате местные власти мало участвуют в их создании и развитии. Налицо дефицит трудовых ресурсов на Дальнем Востоке, из‑за которого резидентам ТОР и СПВ становится все сложнее реализовывать масштабные проекты. С 2014 года миграционный отток населения с Дальнего Востока постепенно сокращается, но остановить его пока так и не удалось. Кроме того, многие инвесторы ТОР не исполняют условия соглашений об осуществлении деятельности. К примеру, в 2018 году доля таких резидентов достигала почти 50%.

Объем фактических и планируемых инвестиций резидентов ТОР и СПВ

Title
Источник: данные КРДВ, инвестиционных порталов регионов, СМИ, анализ и расчеты InfraOne Research