БЕТА-ВЕРСИЯ ПОРТАЛА
Избранное

В ближайшие три года в национальные проекты, включая комплексный план модернизации и расширения магистральной инфраструктуры, рассчитывали вложить 13,3 трлн руб. Из них к бюджетным средствам относятся 8,35 трлн руб., или 63 %. В 2020 году на все 13 нацпроектов планировали потратить почти 2 трлн руб. федеральных средств, или 10,2 % расходов бюджета.

Поскольку власти рассчитывают за счет ФНБ избегать дефицита бюджета на горизонте 6–10 лет, то федеральное финансирование нацпроектов теоретически может оставаться на запланированном уровне.

Но государство рассматривает также вариант перераспределения части средств, предназначенных для инфраструктуры, в пользу антикризисных мер. Объем резервного фонда, который планируют создать для поддержки экономики в условиях борьбы с коронавирусом, — 300 млрд руб. — сопоставим с федеральными расходами на комплексный план в течение 2020 года (337,2 млрд руб.). Впрочем, если источником средств для фонда станут деньги ФНБ, то финансирование инфраструктуры не изменится, так как деньги из фонда в отрасль практически не попадали.

Сложная экономическая ситуация усиливает роль государства в выполнении национальных проектов при любом развитии событий. При неблагоприятной конъюнктуре показатели национальных проектов (объем, источники финансирования и даже цели) могут быть скорректированы. За это, например, выступают в Счетной палате. Тогда правительство сможет учесть влияние новых условий (в том числе вызванных фактором пандемии коронавируса) на бюджетное и частное финансирование проектов, а также потребности экономики в новых инициативах.

Отказ от строительства инфраструктуры с большой вероятностью только отдалит выход экономики из кризиса. Мы полагаем, что национальные проекты могут заметно видоизмениться, либо плановый срок достижения целей может быть увеличен, но ставка на инфраструктуру сохранится. Так власти смогут увеличить количество рабочих мест и поддержать профильные отрасли.

Приходу частных игроков будет мешать вероятный рост стоимости заемного финансирования, но государство может сгладить этот фактор за счет субсидирования ставок и других форм непрямой поддержки инвесторов, так как для масштабного строительства полностью за бюджетный счет не было возможности и в докризисный период.

В зону высокого риска перераспределения федеральных средств, по нашей оценке, попадают три национальных проекта с общим объемом таких вложений в 2020 году около 274 млрд руб. Но это не означает, что расходы на них будут в итоге урезаны, а тем более полностью сокращены. Среди проектов со средним риском перераспределения — четыре на 508 млрд руб. федеральных расходов, а с низким — шесть на 1,2 трлн руб.

Вероятно, меньше всего перераспределение затронет направления, касающиеся социальных выплат населению. Скорее всего, сохранится объем средств, выделенных на поддержку малого и среднего предпринимательства. Также мы ждем, что на прежнем уровне продолжат финансировать сферу дорожного строительства.

Вряд ли финансово пострадают мегапроекты типа ВСМ, которые уже многие годы были в планах только на бумаге: серьезных расходов на них со стороны государства в бюджете на 2020 год не было (на федеральный проект «Высокоскоростное железнодорожное сообщение» предусмотрено лишь 88 млн руб.).

Возможности сохранить и даже нарастить финансирование, на наш взгляд, будут у проектов, связанных с цифровизацией (дистанционного образования, телемедицины, получения иных услуг), но речь идет не о проекте «Цифровая экономика», а об отрасли в целом. Мероприятия профильного нацпроекта, по нашему мнению, могут потерять приоритет и часть финансирования.

Британский опыт поддержки ГЧП в условиях кризиса

Великобритания в 2008 году озаботилась вопросом поддержки сделок в сфере проектного финансирования, которые должны пройти финансовое закрытие в сложных экономических условиях: во время кризиса кредитные организации часто отказывались предоставлять кредиты инфраструктурным проектам.

Одним из вариантов поддержки частной стороны было увеличение доли государственного участия в таких проектах, но позднее власти стали склоняться к мерам, которые бы оперативно обеспечили инвесторам необходимую ликвидность и одновременно стимулировали банки выдавать кредиты на долгий срок. К этому времени в режиме «ожидания» скопилось 110 инициатив с общим объемом инвестиций £13 млрд.

Для их запуска в марте 2009 года Казначейство Ее Величества учредило специальный фонд — Отдел инфраструктурного финансирования (The Infrastructure Finance Unit, TIFU). Он должен был помочь обеспечить финансирование там, где его не хватало со стороны частных инвесторов. Отдел мог участвовать в выдаче кредитов вместе с коммерческими банками и / или Европейским инвестиционным банком (EIB). Стоимость заимствования у государственного фонда была рыночной. В состав кредитного комитета TIFU входили как чиновники Казначейства, так и представители банковской сферы.

Отдел не мог поддерживать конкретных инвесторов в готовящемся проекте, а подключался лишь после объявления победителя. Обратиться в TIFU можно было через министерство, курирующее конкретный проект. При благоприятных условиях Казначейство могло продать заем на рынке.

Одним из первых — в апреле 2009 года — кредит от TIFU в размере £120 млн получил ГЧП‑проект по созданию системы для переработки мусора в Манчестере. Без участия Казначейства и его кредита добиться финансового закрытия в нужные сроки не удалось бы.

Такая поддержка государства помогала инвесторам получить кредит. При этом финансовое ведомство не настаивало на снижении ставок для инфраструктурных проектов и не собиралось увеличивать объемы льготного кредитования (хотя, по данным отчета «Национальный инфраструктурный план», уменьшение стоимости капитала на 1 % способно сэкономить до £5 млрд в год). Столь же сдержанно использовались и кредитные возможности EIB. В отличие от Италии и Испании, которые пользовались льготными заимствованиями в 2005–2009 годах в объеме €35,1 млрд и €41,4 млрд соответственно, Великобритания прибегла к его помощи лишь на €20,8 млрд.