БЕТА-ВЕРСИЯ ПОРТАЛА
Избранное

I. Стоимость денег

В четвертом квартале 2020 года рынок, по нашему мнению, продолжил адаптацию к негативным экономическим реалиям, сложившимся в первом полугодии. Условия кредитования уже практически «подстроились» под потенциально длительный период низкой ключевой ставки, который, согласно большинству макропрогнозов, может растянуться до 2022–2023 годов. По нашим наблюдениям, ставки закрепились в диапазоне нашего прошлого прогноза: 7,45%—12%.

В сложившейся экономической ситуации выросли кредитные и проектные риски на фоне сократившейся прибыли предприятий реального сектора, что отразилось на уменьшении маржи банков.

Длительный период низких ставок в экономике и слишком продолжительного сохранения регуляторных послаблений, по мнению ЦБ, может привести к появлению «зомби-компаний» и будет перетягивать финансирование на них, что помешает развитию эффективных участников рынка и затормозит экономический рост.

По данным Ассоциации банков России, рентабельность активов банков снижалась в течение года, но вернулась к уровню начала 2020‑го уже к концу третьего квартала. Наиболее высокая рентабельность капитала и активов была характерна для частных банков: так, по итогам девяти месяцев 2020‑го она составила 2,4% после снижения до 2,1% в конце первого квартала. Для иностранных банков значение оказалось ниже: 1,4%, что на 1 п. п. меньше, чем по итогу первых трех месяцев 2020 года. У банков государственного сектора рентабельность активов за девять месяцев оказалась на уровне 2,1% (как и на конец первого квартала), в то время как в середине года она «проседала» до 1,9%.

Рост комиссий и конкуренция за качественные проекты

В 2020 году транширование кредитов на реализацию некоторых проектов замедлилось, что сказывалось и на деятельности банков. Выборка средств по кредитам шла с отставанием. И хотя кредитные институты могут получать доход в виде штрафов за невыборку, в перспективе неработающие ликвидные средства способны вызвать рост конкуренции среди банков за размещение денег в качественно проработанных проектах.

Не исключено, что из‑за избыточного предложения по кредитованию уровень ставок может стать конкурентной составляющей, поэтому последние, скорее всего, останутся на достигнутых низких уровнях. Но поскольку финансовые институты не захотят значительно снижать свою доходность, вероятно, дополнительная маржа может формироваться за счет роста сопровождающих комиссий.

Интересны банкам будут, на наш взгляд, и сделки синдицированного кредитования (подробнее см. «Синдицированное кредитование»).

К концу 2020 года стоимость кредитования для реализации корпоративных инвестпроектов осталась на прежнем, что и квартал назад, уровне: в диапазоне 7,45–10,5%. На рынке проектного финансирования, по нашей оценке, также не произошло значительных изменений диапазона ставок. У эмитентов с хорошей кредитной историей и долговой активностью по‑прежнему есть возможность привлекать финансирование на выгодных для себя условиях.

В стоимость кредита закладывается повышение ставки, включающее премию за риск для банка (например, в связи с финансовой нестабильностью предприятий или непривлекательностью отрасли). Это может быть дополнительным сдерживающим фактором для спроса на кредиты (особенно долгосрочные) несмотря на снижение процентной ставки в целом по рынку.

Кроме того, выдачу займов могут ограничивать и требования, вводимые Базельским комитетом по банковскому надзору Банка международных расчетов и направленные на увеличение финансовой стабильности сектора и снижение вероятности кризиса в нем. Такие требования приводят к серьезным издержкам системы контроля в банковском секторе, а также уменьшают возможности банков по кредитованию нефинансовых организаций (в Базеле III содержатся требования к капиталу, ликвидности, левериджу коммерческих банков, а также к раскрытию информации).

Выдача кредитов может сдерживаться снижающейся финансовой устойчивостью заемщиков и обязанностью банков создавать повышенные резервы при кредитовании таких компаний.

Из-за снижения финансовой устойчивости компаний в перспективе возможно повышение ставок по займам, ограничение сроков и объемов их предоставления, кроме того, к кредитам могут выдвигаться дополнительные залоговые требования. По большей части это может коснуться краткосрочных и среднесрочных займов. Пока снижение финансовой устойчивости компаний-заемщиков сдерживается мерами господдержки (например, льготными ставками, но они доступны не всем компаниям).

Регулятор также поддержал кредитование и для самих банков: в частности, он продлил действие послаблений по объемам резервов до 1 апреля 2021 года при кредитовании крупных компаний и до 1 июля 2021 года — малого и среднего предпринимательства и населения. По данным регулятора, совокупный объем реструктурированных кредитов предприятиям (включая малые и средние) на конец третьего квартала 2020 года составлял 6,6 трлн руб. Наибольший объем реструктуризаций наблюдался у крупных компаний в секторах добычи нефти и газа, металлургического производства, коммерческой недвижимости, сельского хозяйства и лизинга.

Вероятно, после окончания программ реструктуризаций возрастет доля «плохих» кредитов. Общий объем «недосозданных» резервов банковского сектора в отношении проблемных кредитов, по оценкам агентства «Эксперт РА», составляет порядка 1,7 трлн руб. Такое не закрытое резервами «окно», вероятно, будет негативно влиять на прибыльность банков и, по оценкам агентства, может поглотить до половины прибыли, которую те получат в 2021–2022 годах.

Такой объем не критичен для системы в целом, но отдельным банкам с недостаточным буфером капитала понадобится докапитализация. По оценкам Всемирного банка, фактическая доля проблемных кредитов на балансах банков может быть определена ближе ко второму полугодию 2021 года, когда отменят оставшиеся регуляторные послабления.

Помимо недостаточной маржинальности (по данным регулятора, более четверти банков убыточны за последние 12 месяцев), системной проблемой сектора становится дефицит долгосрочного устойчивого фондирования из‑за профицита ликвидности.

Поскольку избыток неработающих активов свойственен в первую очередь средним и малым банкам, объем средств на депозитах клиентов которых может сильно меняться, эти игроки вынуждены формировать запас ликвидности, что не позволяет им эффективно размещать средства и генерировать доходность. Отказ от регуляторных послаблений, введенных в 2020 году, ухудшит качество кредитных портфелей банков и приведет к необходимости досоздания резервов. При этом быстрый рост кредитования маловероятен. В таких условиях, скорее всего, начнется консолидация сектора: присоединение мелких участников рынка к крупным.

С начала 2020 года доля кредитов, выданных предприятиям и физическим лицам в рублях под плавающую ставку, возросла и колеблется в коридоре 36–39%, в то время как в 2019 году она находилась в диапазоне 29–33%. В проектном финансировании кредитование с плавающей ставкой преобладает, и с большой вероятностью этот тренд сохранится надолго. Фиксированная ставка, на наш взгляд, возможна в единичных нерыночных проектах.

В более выгодном положении на инфраструктурном рынке, по нашему мнению, остаются концессионные проекты. Из-за того, что часть рисков возложена на государство, ставки для концессионеров могут быть привлекательнее, чем под проекты, которые реализует исключительно частная сторона, и, тем более чем для строительных компаний, работающих по госзаказу и заказу по 223‑ФЗ и привлекающих под такие контракты кредиты. В итоге надбавка за риск в концессиях если и растет, то меньшими темпами, чем в иных типах проектов (а в некоторых случаях может сохраняться на прежнем, докризисном уровне). В долгосрочной перспективе мы ожидаем снижения ставок, особенно в тех проектах, в которых заинтересовано само государство: то есть входящих в комплексный план и национальные проекты.