БЕТА-ВЕРСИЯ ПОРТАЛА
Избранное

Закон о концессионных соглашениях (115‑ФЗ) возлагает на концессионера обязанность построить или реконструировать клинику, а затем производить ее техническое обслуживание и целевую эксплуатацию — подключиться к проекту только на операционной стадии инвестор не может. Между тем такой формат ГЧП — OM (Operation — Maintenance) — распространен в мире.

Своего рода исключение в 115‑ФЗ — коммунальные проекты. В 2016 году правительство позволило передавать в концессию объекты ЖКХ, находящиеся в аренде. В таком случае более надежное для обеих сторон концессионное соглашение заменяет договор аренды с инвестиционными обязательствами. По его условиям концессионер за счет тарифной выручки реконструирует коммунальные системы и получает прибыль.

Более похожий на операторские концессии формат есть за рамками 115‑ФЗ. Это операторские соглашения, которые заключает ГК «Автодор». По ним госкомпания привлекает инвестора для обустройства и эксплуатации уже построенной автодороги. Он вкладывает средства в создание систем управления дорожным движением, размещение пунктов взимания платы и иные работы, а затем эксплуатирует созданные объекты и проводит ремонт и содержание платной дороги. Источник выручки инвестора в операторских соглашениях — эксплуатационные (на содержание) и инвестиционные (на возврат инвестиций) платежи.

Операторское соглашение — гражданско-правовая сделка, в рамках которой ГК «Автодор» передает другой компании функции оператора дороги. Аналогичный договор может быть заключен и другими лицами в иных сферах.

Примерно так могли бы выглядеть и операторские концессии в медицине. В таком случае государство в рамках госконтракта могло бы создать или реконструировать объект здравоохранения, а затем инвестор — обслуживать и эксплуатировать его.

Впрочем, на наш взгляд, у такого формата есть шансы на успех при двух условиях. Первое — построенная или реконструированная клиника должна оказывать услуги в рамках ДМС и на коммерческой основе. Это даст проекту дополнительный, помимо низких тарифов ОМС, источник дохода, который отчасти сможет покрыть дорогостоящую эксплуатацию объекта. В противном случае государство вынуждено поддерживать проект «на плаву» только за счет платы концедента, и его интерес заключать такое соглашение стремится к нулю.

Второе условие — клиника должна быть построена или реконструирована качественно. Госконтракты известны тем, что их исполнители нередко отклоняются от требований к качеству работ: часто они избегают ответственности за это и сдают объект в эксплуатацию недоделанным или сделанным плохо. Заключая операторскую концессию, концессионер берет на себя риск эксплуатации такого объекта — работы по которому проводил не он сам. Узнать заранее обо всех деталях проведенных работ по созданию клиники почти невозможно, так что инвестор такой концессии фактически берет «кота в мешке».

Мы не ждем появления операторских концессий на отечественном рынке в обозримом будущем. На наш взгляд, инвесторов и государство могут отпугивать повышенные требования к окупаемости и качеству таких проектов, а следовательно, и их более высокие стоимость (для бюджета) и риски (для частного партнера). Кроме того, обе стороны еще не вполне «распробовали» и традиционный формат концессионных соглашений, который допускает 115‑ФЗ.

До конца 2021 года правительство может принять поправки в 115‑ФЗ, которые ограничат финансовое участие государства в концессиях до 75% на этапе строительства и до 80% — суммарно. В таком виде закон запретит заключать не только концессии со 100%‑м капгрантом, но и многие другие в социальных отраслях.

Указанные поправки призваны разграничить концессионные соглашения и госконтракты. При этом большинство инвесторов, органов власти, представителей экспертного сообщества настаивает, что такая новелла лишь навредит концессионному рынку.

В концессию без конкурса

В 2021 году Минздрав ожидает принятия поправок в 115‑ФЗ, которые позволят заключать концессионные соглашения с частными медицинскими организациями без конкурса. Для этого потенциальный концессионер должен работать в сфере ОМС, а также не менее пяти лет использовать арендованное у государства имущество.

Эта поправка обсуждается на рынке с 2019 года. Аналогичная возможность действует с 2016 года для коммунальных проектов.

На наш взгляд, новая норма не даст такого «взрывного» эффекта, как в свое время похожее нововведение вызвало в сфере ЖКХ. Последняя богата на дешевые проекты, и упрощенная процедура передачи объектов в концессию подтолкнула многие коммунальные компании к ее заключению.

В здравоохранении же проектов меньше, они дороже, и у них более затратный для государства механизм окупаемости: в отличие от коммунальных, тарифы ОМС нельзя повысить для отдельного проекта, а недостающие доходы инвестору компенсируют непосредственно из бюджета.

Пример проекта, по которому договор аренды трансформировался в концессию, — инициатива по реконструкции Центра «Микрохирургия глаза» в Екатеринбурге. Концессионное соглашение на 25 лет подписано в 2017 году, капитальные затраты по нему составили 2,4 млрд руб.

По данным Минздрава, в 2019 году в России 206 частных медицинских организаций использовали госимущество: с ними было подписано 282 соответствующих договора. Далеко не все эти компании готовы заключить концессионные соглашения, но, вероятно, некоторых из них изменение в 115‑ФЗ действительно может подтолкнуть к «трансформации» сотрудничества с государством в такой формат.